Время новостей
     N°64, 14 апреля 2005 Время новостей ИД "Время"   
Время новостей
  //  14.04.2005
Письма с фронта
Юлий ЛУРЬЕ начал собирать фронтовые письма еще мальчишкой. Много солдатских треугольников семья получала от отца, ушедшего воевать в составе 8-й дивизии народного ополчения столицы. Писал с фронта и двоюродный брат. Помогло увлечение Юлия Соломоновича филателией. На выставках посетители сами предлагали марки, а заодно рассказывали, от кого письма, о чем они, иногда просто оставляли их собирателю. Часть накопившихся посланий Лурье попробовал опубликовать в газете. Тут же обнаружился читательский интерес, обернувшийся новыми присланными письмами с фронта. Очень многое дало коллекционеру знакомство с семьями маршалов Сергея Бирюзова и Константина Рокоссовского -- это очень расширило круг знакомств Лурье среди советского истеблишмента.

Прослужив в вооруженных силах около 30 лет, ныне майор в отставке Юлий Лурье с фронтовыми посланиями по-прежнему не расстается, пополняя, пусть и не так интенсивно, как прежде, свою коллекцию. Часть ранее не публиковавшихся писем он предоставил "Времени новостей".

"Работаем на укрепрайоне около Буга"

В самый канун войны красноармеец Василий Конкин находился неподалеку от Бреста, строил укрепления на границе. Об этом он сообщает в двух письмах от 4 и 10 июня 1941 года своей подруге. Судьба Василия Конкина неизвестна.

4.6.41, БССР, граница

Здравствуйте, Валя!

Ты пишешь, чтобы я тебе описал свою жизнь.

Родился в 17 г. в Саратовской области. Жил в деревне до 1929 г. Потом последовательно до 39 г. объехал города Новороссийск, Таганрог, Армавир, Майкоп, Ростов-Дон, где жил с 1934 до 1939. Учился в школе, в рабфаке, на курсах учителей. Работал год в Ростовской обл. в Мичулинском районе (очень хороший казачий район). Давал русский и литературу в 5 кл. и географию (в виде нагрузки -- не было учителя) в 6--7-х. Часов в неделю 24, зарплата 420 р., что с меня было более чем достаточно.

Сейчас я уже не в Бресте, а в лесу, в 80 км от Бреста, здесь работаем, строим укрепления на границе.

Образование свое не закончил, удалось кончить только лишь I курс учительского инст-та. Думаю все же после армии кончить пединститут.

В армии моя специальность -- наводчик орудия ПТО (45 мм). По этой специальности имею неплохие результаты -- с первого снаряда поразил цель на осенних боевых стрельбах. Из винтовки стреляю тоже ничего, прилично.

Кончаю, можно писать больше, но условия для письма невозможные. Сейчас пишу стоя на краешке стола на проходе.

Пока. Привет Вашим друзьям, Люде Мазановой, я ее знаю из рассказов В. Белова.

С красноармейским приветом

Василий Конкин.

10.6.41, БССР, Г. Брест, п/я 81, литер 55

Сегодня, 10.6.41, рано (после подъема -- 5 ч. утра), получил твое письмо, на которое спешу ответить.

Сейчас мы работаем на укрепрайоне около Буга, выходных нет. Работаем с утра до вечера, писать некогда.

С красноармейским приветом

Василий.

10.6.41 г. близ Буга (лес).

"Все время нахожусь на передовой"

Яков Григорьевич Крейзер был первым Героем Советского Союза среди старших офицеров и командиров соединений и четвертым вообще в годы Великой Отечественной войны. 12 июля 1941 года командующий 20-й армией генерал-лейтенант Курочкин подписал представление на присвоение Я.Г. Крейзеру этого высокого звания: «Командир 1-й мотострелковой дивизии, полковник, товарищ Крейзер Я.Г. в боях за Социалистическую Родину проявил образец мужества, воли, геройства и храбрости. Умело и решительно управлял боевыми операциями дивизии, обеспечивал успешные бои на главном направлении армии. Своим личным участием, бесстрашием и геройством увлекал в бой подразделения дивизии. Ранее награжден орденом Ленина». Звание Героя было присвоено 22 июля 1941 года.

Яков Крейзер командовал 3-й армией, 1-й резервной и 2-й гвардейской армией. С августа 1943 по май 1945 года -- командующий 51-й армией, которая освобождала Крым и Прибалтику. После войны командовал военными округами, курсами «Выстрел». Имя генерал-лейтенанта Крейзера восемь раз упоминалось в приказах Верховного главнокомандующего Маршала Советского Союза И.В. Сталина.

Из писем Якова Крейзера родным:

29 апреля 1942 года.

На днях был легко ранен в голову шальной пулей, но теперь это все уже зажило и остался только маленький шрам на макушке. Ранение было настолько легким, что я не выходил даже из строя.

1 июля 1942 года.

Не исключена возможность, что в ближайшее время буду в Москве на несколько дней по общественным делам. Меня, видимо, включили в состав Антифашистского еврейского комитета.

31 января 1943 года.

Жив, здоров. Все время нахожусь на передовой.

6 марта 1943 года.

Живу по-старому. Готовлюсь к новым решающим схваткам с проклятыми гитлеровцами... Обо мне не беспокойся.

20 марта 1943 года.

Уже несколько дней стоим на отдыхе (на берегу Азовского моря. -- Ю.Л.) вне воздействия противника. Поэтому жизнь довольно спокойная с точки зрения того, что не бомбят и не стреляют. Работы, конечно, хватает, но это нормально. После работы, особенно по ночам, много читаю. Здесь сейчас весна в полном разгаре, ярко светит солнце. Набираемся сил, чтобы еще крепче ударить по ненавистному врагу.

3 мая 1943 года. 0 ч.15 мин.

С утра уезжаю по делам, возвращаюсь поздно ночью. Вообще на месте мало приходится бывать. Готовлюсь к новым решающим боям с фашистской нечестью.

20 июля 1943 года.

Здравствуй, Шура!

Ты пишешь об отпуске. Пойми, у меня даже язык не поворачивается просить отпуск, зная о том, какая обстановка и какая ответственность лежит лично на мне за подготовку и боевую готовность войск, за которую я отвечаю головой. И вообще отпуск мне может разрешить только Нарком Обороны т. Сталин. Так что вопрос об отпуске отпадает и остается только стремление как можно лучше подготовиться для решающих схваток с немецкими захватчиками для быстрейшего и окончательного уничтожения фашистской гадости. Последние 5--6 дней я немного приболел, врачи настаивают, чтобы я полежал в постели несколько дней, но у меня не хватает ни времени, ни воли лежать в постели и никуда не выезжать.

3 мая 1944 года.

Выдалась свободная минута после напряженных боев и подготовки к новым боям. Ты знаешь по газетам да, пожалуй, и из других источников, где я нахожусь и что делаю (речь идет о боях в Крыму. -- Ю.Л.). Погода здесь все время теплая, устойчивая, а последние 3--4 дня идут дожди. Но кругом все цветет. Цветут фруктовые деревья, сирень, появились кое-где розы. Миша сейчас учится на курсах младших лейтенантов. Думаю, что из него выйдет неплохой советский офицер.

9 мая 1944 года (на бланке командующего армией).

Я сейчас нахожусь в горах недалеко от Севастополя, судьба которого должна решиться в ближайшие дни. Если удастся скоро разделаться здесь с немцами, не теряю надежды побывать дома, в Москве. Что с Эдькой (сын Я. Крейзера, полковник, ныне покойный. -- Ю.Л.), мне совершенно не ясно.

16 мая 1944 года, 2 ч 30 мин.

Сегодня днем получил разрешение командующего фронтом лететь в отпуск. Только что закончил упаковку вещей, и вдруг звонок: «Москва пока отпуск не разрешает». Так все сразу и оборвалось. Может быть, когда будем переезжать на другой участок фронта, удастся заехать. После окончательного разгрома немцев в Крыму сейчас готовимся к новым делам, которых много на других участках фронта. На днях был в Ялте, Массандре, Алупке -- в общем, теперь объездил весь Крым вдоль и поперек.

31 июля 1944 года.

Сегодня едет в Москву генерал Баженов, который работает со мной, и пользуюсь случаем написать тебе. Где я воюю, ты теперь знаешь из газет. Обстановка довольно напряженная, и вот сейчас тороплюсь писать, собираюсь ехать вперед. Надеюсь, что в скором времени Прибалтика будет полностью освобождена от врага. А у меня тогда выйдет поход от моря и до моря. А враг неистовствует, при отходе жжет и уничтожает города, так что становится страшно смотреть. Ну ничего, после войны все построим, да еще лучше. Заканчиваю, ко мне пришли генералы докладывать обстановку.

7 октября 1944 года.

Война идет к концу, и я постараюсь закончить ее с честью. Сейчас я действую на несколько ином направлении, т.е. из Латвии опять перешел в Литву, и вот пока пишу письмо, кругом раздается сильнейшая канонада нашей артиллерии и довольно редко рвутся снаряды противника километрах в 3--4 от того места, где я нахожусь. Через пару часов буду переезжать вперед. В общем в ближайшие дни должно быть покончено с немцами в Литве, а дальше и в Латвии. Несколько слов о себе. Здоровье вполне удовлетворительное, несколько подгуляли нервы. После войны поедем всей семьей в Сочи и все свои болезни вылечим

Генерал армии Я.Г. Крейзер скончался в 1969 году после тяжелой болезни, когда ему было 64 года. Похоронен военачальник на Новодевичьем кладбище в Москве.

"Выгляжу заправским морячишкой"

Трудно представить себе детскую литературу без Льва Кассиля, библиотеку, в которой не было бы его книг «Кондуит и Швамбрания», «Вратарь Республики», «Дорогие мои мальчишки» и многих других. По сценариям Кассиля поставлены фильмы «Кондуит», «Вратарь», «Брат героя» и другие. В годы войны корреспондент Лев Кассиль постоянно находился в районах боевых действий. Вот одно из его писем родным с Северного флота.

9 сентября 1942 года.

Дорогие мои! Я жив (это главное при ситуации, в которой я был), здоров (что довольно существенно при данных обстоятельствах), бодр (несмотря на некоторую усталость и беспрестанную тревогу за вас...). На днях вернулся сюда (в Политуправление. -- Ю.Л.) с Крайнего Севера, был в суровых условиях фронта. Плавал на миноносце, катерах, ботах, был на подлодках и т.д. Приходилось быть и на переднем крае наземного фронта. Через день-другой двинусь на юг, сперва в Мурманск, а оттуда в Москву. Материал военного флота так интересен, отношение ко мне везде, и на кораблях, и на фронте, в частях морской пехоты, такое любовное, что тяжелый осадок, лежавший у меня после провала дальнего плавания, несколько рассосался, и мне не так тяжело теперь вернуться домой. Скверно, что я ничего не знаю о Леленьке и детях, о вас ничего не знаю. Чувствую я себя физически хорошо, и вообще, посмотрели бы вы, каким заправским морячишкой выгляжу я в командирской форме воен. Флота.

Целую, Лева.

Через год, 2 ноября 1943 года, в очередном письме Кассиль сообщает о своих корреспондентских делах.

Энгельс. Абраму Григорьевичу Кассилю. Военно-санитарный поезд.

Не пугайтесь!

Дорогие мои! Пишу с тем, чтобы сразу по прибытии в Москву отправить вам весточку о конце моего изнурительного путешествия. Но конца еще не видно. Поезд больше стоит, чем идет. Но после всех моих мытарств и приключений, о которых я напишу подробно, я уже испытываю блаженство: тепло, чисто, можно снять шинель, раздеться на ночь, побриться и т.д. Терзают меня опасения, что я опоздаю к Октябрьским праздникам, и полное незнание, что делается дома и у вас. С другой стороны, мне необходимо хоть чуточку отлежаться и придти в себя после всего, что было с 14 октября по вчерашний день. Спешу только заверить, что я здоров душой и телом. И жестокая встряска, которую я перенес, будет мною использована в работе.

После войны Лев Кассиль много писал для детей, работал в Литературном институте, с 1965 года он -- член-корреспондент Академии педагогических наук. Был награжден четырьмя орденами, в том числе Красной Звезды. Умер бывший военный корреспондент, журналист, писатель и педагог в 1970 году, шестидесяти пяти лет.

"Вы успокойтесь, вы держитесь от боли"

В боях за освобождение Маньчжурии, Северной Кореи, Южного Сахалина, Курильских островов погибло около 1,5 млн советских воинов. Среди них командир батальона капитан Иван Заев. О гибели друга и его подвиге сообщает из Харбина Иван Горошко. Это письмо отправлено 3 сентября 1945 года -- в день победы над Японией.

Привет с Харбина. 3.9.1945 г.

Здравствуй, Таня!

С добрым пожеланием товарищ вашего супруга Горошко Иван А.

Ваше письмо получил и постараюсь Вам ответить. В боях мы потеряли лучшего боевого товарища Заева Ивана Дмитриевича.

Погиб смертью храбрых в бою с японскими самураями при выполнении боевого задания. Похоронен у ж.д. туннеля. Всем подразделением давали залп. Солдаты, дававшие залп, старались не показывать друг другу слезы на глазах, но, всхлипывая от жали, а потом стиснув зубы до боли, стали злые, свирепые, и если бы в это время кто нарушил минуты молчания, то он был бы поднят на штыки. Я чувствую, что терпение у вас кончается, вы обливаетесь слезами. Дорогая Таня, вам тяжело, но вы не убивайтесь, с болью в груди, вы еще молоды, ваш цвет наливается, ваше будущее богатое. Вы найдете себе друга жизни, но не забывайте о Ване, чтите его память. Ведь не один, а много товарищей погибли за счастье и свободу народа.

Вы успокойтесь, вы держитесь от боли. Мы встретимся, обниму, прижму к груди за лучшего друга Ваню. Вы начинаете успокаиваться, у вас хватило терпения. Вы советская женщина, работой угашайте боль в груди, вы погружаетесь в работу, своей работой вы доказываете, что жена офицера может любить и переносить все трудности и невзгоды русского солдата.

Пока все. С приветом, Ваня.

Пишите по адресу полевая почта 25239 Горошко Иван Антонович.

"Мой истребительский счет уже увеличен в 3,5 раза"

Командир 2-й танковой роты Т-34 отдельного танкового Ропшинского Краснознаменного полка Ленинградского фронта старший лейтенант Спирин А.И. в битве за Москву в районе Наро-Фоминска получил первое ранение. После выздоровления воевал на Ленинградском фронте. Погиб в бою. Звание Героя Советского Союза присвоено посмертно, 13 февраля 1944 года.

Дорогие родители!

...Но помните одно, я если умру в борьбе с немецкими варварами, то не даром, ибо я их перебил не мало, как живой силы, так и техники, да и Вы получили от командира письмо, где он Вам описывал мой истребительский счет. Этот счет уже увеличен в 3,5 раза.

Ваш сын Саша, 1.10.42 г.

Здравствуйте, дорогие родители!

Шлю вам свой боевой привет. Вы пишете приехать повидаться. Это все хорошо, но вы учтите, я нахожусь на фронте. Мне сейчас одна задача, как и у всех. Это бить ненавистного нам врага, гнать его с нашей священной земли.

С приветом, Саша, 22.7.43.

"Всеми чувствами с вами на фронте"

В годы войны под Москвой активно действовал бронепоезд с номером части «полевая почта 1572». Бойцам бронепоезда часто писали девушки. Публикуем письмо одной из них.

28.12.41 г. Полевая почтовая станция №1572, Бронепоезд.

Здравствуйте, наши дорогие защитники Родины. Шлю я вам свой чистосердечный привет и желаю вам еще больших и лучших успехов и полной победы над гитлеровскими псами, которых мы все, граждане Советского Союза, ненавидим и презираем. Сегодня я слушала по радио о том, как ваш бронепоезд проводил блестящие операции по уничтожению фашистских извергов. Дорогие товарищи бойцы, мы все уверены в победе. Постарайтесь в кратчайший срок закончить и вернуться домой с победой. Я комсомолка-телеграфистка, работаю с большим рвением, стараюсь чем-нибудь помочь вам. Мы находимся в глубоком тылу, но всеми чувствами с вами на фронте.

Адрес: г. Петропавловск, Сев.-Казахстанская обл., Центральный телеграф, Барановой Александре Петровне.

"Ловчить в бою я не умею"

Командир эскадрильи 40-го бомбардировочного авиаполка 81-й авиадивизии капитан Алексей Григорьевич Рогов (1913--1941) первый бой принял в Латвии. Совершил 40 боевых вылетов. В октябре на подступах к Москве направил свой горящий самолет на скопление врага. 22.10.1941 года капитану Рогову посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

12.7.1941 г., Новочеркасск Ростовская обл., п/о Хотунок, до востребования.

Здравствуй, дорогая Верочка! Миллион раз целую тебя и дорогого сыночка Эдиньку. Жив я и здоров, не имею даже царапины. Хотя за это время пережил много бомбардировок немцами и обстрелян не раз. Пока вражеская пуля проходит мимо, но зато я это время много «поработал». Думаю, немалый урон нанес немцам.

Целую вас, Алексей.

19.9.1941 г.

Здравствуй, Верусенька и сынулька Эдинька!

Поздравляю вас с новосельем и тебя, моя дорогая, с двадцатидевятилетием. Сейчас вся моя жизнь направлена к тому, чтобы как можно лучше и больше уничтожать немцев, чтобы отдать жизнь за Родину не даром.

Сейчас очень тяжело стало работать. Стоит дождливая погода, которая отнимает много сил и внимания. Морщин прибавляется, и вчера парикмахер сказал, что волосами на голове я не очень стал богат.

Целую, твой Алексей.

29.9.1941 г. Липицы.

Здравствуй, Веруся!

Три дня назад получил твое письмо от 19.9.41 г. и телеграмму от 20.9. Твои письма для меня являются праздником, и я их жду с нетерпением.

Трудности послевоенного времени переживем, лишь бы скорее война закончилась и уцелеть бы. Ловчить в бою я не умею и не хочу. Всегда иду в бой с готовностью умереть. Эта готовность воодушевляет, создает бесстрашие на уничтожение как больше этой коричневой сволочи. Без этого война сейчас бессмысленна.

Любящий вас Алексей.

5.10.1941 г.

Здравствуй, Верушечка! Поцелуй за меня дорогого сынульку!

Я здоров и немного поправился. Спать ложусь в 9--10 часов вечера, а встаю в 5.00 или 6.00 утра. Вчера сопровождал заседавшую у нас комиссию от США и Англии. Нагляделся генералов, полпредов и других чинов. Интересно это было рассказать устно, так как в письме все не опишешь. А церемония интересная. Одним словом, напомни после войны, расскажу.

Благодарю Эдиньку за письмо мне.

Твой Алексей.

Это последнее письмо Алексея Рогова.

«Я не поэт. Я воин. Я разведчик»

Писатель Эммануил Генрихович Казакевич вскоре после окончания в 1930 году машиностроительного техникума в Харькове уехал в Биробиджан. Там он работал на строительстве, председателем колхоза, директором еврейского молодежного театра. Там же написал первые стихи, выпустил сборник.

Когда началась Великая Отечественная война, Казакевич, освобожденный подчистую от военной службы, добровольцем вступает в 8-ю дивизию народного ополчения Краснопресненского района Москвы. Начав службу рядовым солдатом, Эммануил Генрихович за годы войны стал начальником разведки 76-й стрелковой Ельнинской дивизии, а закончил войну в должности помощника начальника разведки 47-й армии. Несмотря на очень плохое зрение (без очков он практически ничего не видел), Казакевич ходил с бойцами в разведку. Позднее он писал:

Я на войне, и я войной дышу.

Я не поэт. Я воин. Я разведчик.

В боях Эммануил Генрихович был ранен, контужен. В письме домой 7 мая 1944 года он писал:

Лежу по-прежнему, рана начинает заживать понемножечку, и недели через три я сумею опять делать свое военное дело. За меня не беспокойся, рана нисколько не опасная. То, что ты пишешь мне о наших дочерях, переполняет меня нежностью. Поцелуй их за меня лишний раз.

Каждое письмо Казакевича наполнено мыслями о жене и дочерях, заботой о них. В открытке, написанной 19 апреля 1944 года, он сообщает:

Посылаю тебе завтра перевод на 1200 рублей. Мой заработок ныне 1750 руб. в месяц, и тебе буду посылать (кроме аттестата, составляющего 600 руб.) еще 800--900 руб. в м-ц. Аттестат выслан в Макаровский райвоенкомат, вытребуй его оттуда. В общем, Галиньк, живы будем -- не помрем. Целую вас всех. Твой Эммануил.

После войны майор Казакевич, кавалер четырех боевых орденов и нескольких медалей, публикует повести и рассказы, принесшие автору всемирную известность: «Звезда», «Двое в степи», «Сердце друга», «Весна на Одере», «Дом на площади», «Синяя тетрадь». Его книги издавались у нас в стране и за рубежом 159 раз на 39 языках общим тиражом около 9 млн экземпляров. Эммануилу Генриховичу дважды присуждалась Государственная премия СССР (тогда Сталинская премия). К 70-летию писателя Министерство связи СССР выпустило почтовый конверт с портретом Казакевича. Умер Эммануил Казакевич 22 сентября 1962 года в неполные пятьдесят лет. Хоронили его с воинскими почестями, отдавая дань уважения «солдатскому писателю».

Подготовил Николай ПОРОСКОВ